Culture and art

Культура и искусство

Златоустовская гравюра на металле

Златоустовская гравюра на металле

Н. В. Лохтачева (род. 1948) Декоративный поднос «Букет». 1985. Сталь; гравировкадравление, синение, никелирование, золочение. 1957

Златоустовская гравюра на металле

Хранящаяся в Екатеринбургском музее изобразительных искусств коллекция златоустовской гравюры на металле сравнительно невелика и составляет немногим более ста предметов, однако она достаточно полно отражает основные этапы становления и развития этого уникального промысла. Златоустовская оружейная фабрика была основана «с высочайшего утверждения в 15 день декабря 1815 года». Златоустовское оружие получило весьма широкую известность. За почти 200-летнюю историю существования промысла было создано немало высокохудожественных образцов, многие из которых хранятся в собраниях ведущих музеев России и зарубежья.

Златоустовская гравюра на металле

М.С.Антипов (1928 — 2006) Декоративная тарель «Токующий глухарь»
1980. Сталь; гравировка, травление, синение, никелирование, золочение

Первыми учителями уральских оружейников были приглашенные из Золингена и Климгенталя немецкие специалисты. Местные мастера, ранее получившие художественную подготовку в заводской школе, проходили обучение у Вильгельма Шафа и его сыновей. Уже через три месяца ученики превзошли наставников в искусстве украшения клинка, обогатив плоскостной графический (гравированный) способ нанесения изображения рельефным живописным. Основным инструментом уральцев стал не резец, а тонкая кисточка — рисунок писался кислотоупорным лаком, после вытравки поверхности получался блестящий рельеф на матовом углубленном фоне. Золотистое возвышенное изображение выигрышно контрастировало с сине-фиолетовыми тонами вороненых участков, а серебристый цвет придавал изделию дополнительную декоративность.
В музейной коллекции начальный этап гравюры представлен холодным длинноклинковым оружием, украшенным в соответствии с господствовавшим стилем классицизма. На клинках пехотной шпаги (1823) работы основоположника златоустовской гравюры И. Бушуева и кавалерийской сабли (1838) неизвестного автора золотой декор занимает чуть более их трети и органично связан со всей плоскостью: в центральной части размещены традиционные воинские арматуры, нижние границы четко обозначены и подчинены острой форме боевого конца. Основное различие состоит в оформлении пяты: на бушуевской шпаге изображен профиль воительницы Афины (Миневры), а на сабле — плотный орнамент с характерными для стиля ампир пальметтами на фоне условных каннелюр.
Параллельно с официальной линией в гравюре на стали, как и во всем декоративно-прикладном искусстве, существовала линия боторта), в основном — кустарно-артельного
лее демократичная и свободная. Ярким примеряние практически на все искусство златоустовс служить охотничий кинжал И. Бушуева (1824), н; го расположены живые сцены охоты человека i кабана.
В конце XIX — начале ХХ в. в ассортимен оружейной фабрики появляются бытовые предметы различного назначения. В собрании музея этот период представлен столовыми приборами (ножи, вилки, лопатки для торта), в основном — кустарно-артельного производства, что, безусловно, отразилось
на их художественном уровне. Гравированный декор зачастую эклектичен, отсутствие цвета компенсируется своеобразным миксом из цветочных букетов, вазонов с фруктами, рокалей, картушей, плетенок, текстильных элементов (полотенце с бахромой), пейзажей и бытовых сцен.

Златоустовская гравюра на металле

С. Ф. Чернов Кофейный набор .Лебеди» 2007 Сталь, фарфор; гравировка, травление, никелировка, золочение

Так, при оформлении трех комплектных ножей совмещается несколько мотивов: на лезвиях виден вертикальный букет полевых цветов и городские архитектурные сооружения с высокими шпилями, на рукоятях — цветущие ветви, рушник, яблоко. Большей непосредственностью отличаются пейзажные и жанровые зарисовки: домики с двускатными крышами, рыбаки у костра или в лодке. В ряде случаев используются шрифтовые композиции: инициалы или фамилия владельца («А. И. Глумовой», «М. В. Мельникова»), нравоучительные тексты («Бог любит труды») или надписи, указывающие на назначение прибора («Икра», «Фрукты», «Хлеб», «Масло», «Сардинка», «Сыр»).
Украшением коллекции музея является набор из ножа и вилки «Праздничный», где использовано редко встречающееся в предметах этой группы традиционное цветовое сочетание: по синей
поверхности струится золотой орнамент из спиральных побегов и листьев аканта. Другая особенность произведения за в выборе материала для граненых рукоятей, выполне: серо-зеленого полосатого офиокальцита.
Раздел искусства советского периода в коллекции златоустовской гравюры на металле достаточно обширен и отражает процесс освоения новых технологий (никелиние) и поисков иной, отвечающей требованиям времени тематики. В 1920 — 1930-е гг. новое содержание час лекалось в форму или орнаментику прошлого. Реминисценции искусства ушедших эпох наглядно выражены в барочном ноже для разрезания бумаг мастера Усольцева (1933), в котором причудливый контур лезвия, динамичные завитки и картуши соседствуют с неярким лесным пейзажем. Совмещение стилей наблюдается и на лезвиях кабинетных ножей анонимных авторов. На одном из них под незатейливым сельски зажем с домиком у дороги «спрятаны» выполненные в ином ключе изображения раскрытой книги и чер с гусиным пером. На лезвиях трех других ножей в с характерных для модерна виньетках запечатлены ре миниатюрные пейзажи, включающие виды уральской природы и рукотворные объекты: железная дорога с вертикалью симафора маяк на утесе, парусник среди бушующих волн или около береговой скалы. Стоит отметить, что мотив парусника является элементом декора холодного морского оружия будь то к примеру, клинок палаша 1936 г. неизвестного маст до более поздний юбилейный кортик Ю. Рябкова России» (1995).
В период расцвета соцреализма ассортимент изделий меняется, осваивается выпуск новых утилитарных предметов, среди которых можно выделить медальоны-вешалки, пластины для отрывных календарей, рамки для фото, а также настенные панно и плакетки. Способ украшения этих вещей идентичен и представляет собой вариации на тему уральского пейзажа, где тщательно «прорисованные» деревья и кустарники то четко выступают на плоскости (М. Крысов. Вешалка «Южный Урал», 1950-е; Г. Берсенев. «Календарная стенка», 1963), то растворяются в размытой «акварельной» дымке (М. Добровольский. Плакетка «Тихая речка», 1943). В этих работах взаимодействие темных абрисов растительности и светло-охристых тонов гор создают эффект старой, слегка потемневшей от времени фотографии. На иной основе выполнена вешалка А. Боронникова «Сеттеры» (1956), где в серебристом хромированном овале удачно скомпонованы бегущие среди высокой травы охотничьи собаки. Здесь монохромность цвета оживляется за счет красивого контраста матовой и блестящей поверхности. Надо отметить, что изображение этих вислоухих длинношерстных собак заняло прочные позиции в творческом арсенале златоустовцев.

Златоустовская гравюра на металле

А. И. Боронников (1909 -1972) Вешалка «Сеттеры» 1957. Сталь; травление. гравировка, хромирование

В конце 1950-1960-х гг, когда доминировал «суровый стиль», проблемами декоративно-прикладного искусства активно занимался Научно-исследовательский институт художественной промышленности. В целях обновления ассортимента на промыслы делегировались профессиональные художники. Со Златоустовским заводом сотрудничал московский художник М. Раков, разработавший для него пятнадцать новых образцов. В музейной коллекции имеются четыре его произведения, которые значительно выделяются из общего ряда. Основными изобразительно-выразительными средствами в них становятся пятно и силуэт: на темно-синем локальном фоне сияют золотые стилизованные изображения птиц, животных, растений (блюдце «Утка», 1960; лоток «Олени» и пенал «Журавли», 1961; тарель «Георгин», 1962). Новый стиль был воспринят в заводской среде позитивно, но златоустовские художники внесли в него свои коррективы: резкий контраст синего с золотом смягчается, изображение не выглядит монолитным и, конечно, сохраняется «родная» тематика. Примером может служить крупное, слегка выгнутое вертикальное панно Л. Валиева «Зимний пейзаж» (1979), где золотые кроны стройных сосен словно парят в вечерней синеве. Приемы минимализма успешно применяются в организованном по принципу «негатив-позитив» декоре бытовых предметов: черный силуэт птицы четко читается на фоне золотого солнечного диска (М. Антипов. Топорик «Глухарь», 1983), серебряный конь с клубящейся золотой гривой стремительно скачет на темно-синем фоне (О. Аверкин. Лоток «Сивка-Бурка», 1989).
Своеобразный эксперимент проводится в 1980-е гг. и с холодным наградным оружием: ребристый клинок шашек почти полностью покрывается синью, богатым золотым орнаментом с сюжетными вставками на производственную тематику и обязательными изображениями серпа и молота. Плакатная трактовка сюжетов вполне соответствует декларативной концепции советского оружия, предназначенного для защиты мирного и созидательного труда. Так, на шашке работы Л. Валиева размещены четыре сюжета: летящий истребитель и пульт непрерывного розлива стали, тракторист и конструктор. На голоменях другой шашки расположены сюжеты двух авторов: рабочий со спутником в руках В. Тарынина и колхозник со снопом колосьев Г. Берсенева. Вследствие преобладания декоративного начала парадное оружие приобретает черты дорогого сувенира.

Златоустовская гравюра на металле

М.Д. Раков (1895 — 1987) Пенал «Журавли» 1961. Сталь; золочение

Конкретные сувенирные изделия представлены в коллекции музея тремя тиражированными настольными образцами: два из них посвящены памятной дате («В. И. Ленин», 1970) и значительному событию («Центр управления полетами», 1980-е), один связан с местом пребывания («Урал», 1980-е). Имеются в собрании и оригинальные авторские произведения сувенирного характера: настенные медальоны «Златоуст» А. Шаланова (1987) и «Екатеринбургский музей изобразительных искусств» Н. Лохтачевой (1988).
На современном этапе художники Златоуста сохраняют творческое лицо промысла, их работы по-прежнему хорошо узнаваемы. Поиски в основном ведутся в рамках традиционной тематики, первенство остается за реалистическими пейзажными зарисовками и, конечно, сценами охоты в жанре анималистики, например, сеттер и дичь (А. Богачев. Тарель «Охотничий сюжет», 1984), медведь и лайки (М. Антипов. «Нож охотничий», 1983; Блюдо «На охоте», 1987). Фронтальное изображение мощного медведя стало каноничным, и его можно увидеть на многих предметах. Появляются и новые растительные мотивы, например, ставшая символом Урала гроздь рябины на медальоне А. Шукова (1982).
В 1980-1990-е гг. в златоустовской гравюре на металле возросла роль орнамента, ставшего равноценным компонентом и даже доминантой произведения. Расширяется и цветовой диапазон — к серебряным, золотым и синим тонам добавляются коричневые. Особую популярность получают центрические композиции, продиктованные круглой формой медальонов, блюд и тарелей с фигурным бортом (А. Богачев. «Сказка», 1983; О. Аверкин. «Цветы», 1983; Н. Лохтачева. «Кружева», 1985). В концентрический, покрывающий борт растительный орнамент вводятся круглые медальоны с дополнительной расшифровкой сюжета, представленного на зеркале блюда: лесная фауна и сеттер — вокруг охотничьей сцены вышеупомянутой работы
В орнамент органично вписываются и сказочные персонажи, например, играющий на свирели золотоволосый пастушок (А. Богачев. Блюдо «Лель», 1980). Через декоративную сказочность трактуется тема русских культовых сооружений в серии панно Н. Карповой, где графическая конкретика нарядных соборов согласуется с узорочьем стилизованных деревьев («Русь златоглавая», 1980-е; «Свято-Троицкий собор», 1994).
Начало XXI в. характеризуется появлением большого числа частных компаний и фирм, обратившихся к искусству здатоустовской гравюры на металле. Соответственно расширился и стал более разнообразным ассортимент декоративно-прикладных изделий. Наряду с подарочным оружием изготавливается много предметов сервировки стола: чайные, кофейные и винные наборы. В музее имеется созданная по проекту С. Чернова кофейная пара «Лебеди» (фирма «Формула». 2007), где блюдце выполнено в традициях гравюры на сплошной поверхности, а форма цилиндрического подстаканника образована изящными силуэтами двух птиц с просечными деталями.
Современное осмысление эстетических и утилитарных потребностей человека служит мощным стимулом для дальнейшего развития промысла, и мы надеемся, что в музейной коллекции появится еще не одно высокохудожественное произведение златоустовской гравюры на металле.