Culture and art

Культура и искусство

Музей Церковь Ризположения

Музей Церковь Ризположения

Музей Церковь Ризоположения

Музей Церковь Ризположения

Древнерусские зодчие, возводя здания в тесноте средневекового города, умели соразмерить и слить воедино разновеликие и разноликие постройки. Стройное и светлое здание Ризположенской церкви скромно приютилось между Грановитой палатой и большим Успенским собором, но в то же время оно достойно заняло свое место как естественное дополнение к архитектурному ансамблю Соборной площади.

Эта работа псковичей, как и другие работы московского периода их деятельности, очень показательна. В процессе создания Русского централизованного государства возникали предпосылки формирования единой художественной культуры России. Церковь Ризположения, наряду с другими памятниками архитектуры, оказалась у самых истоков ее появления. Показательно, что ее облику свойственны черты не псковской, а прежде всего московской архитектуры, которая и послужила основой формирования русского зодчества последующих XVI— XVII веков. Митрополичья церковь конца XV века по своей архитектуре ближе всего к таким раннемосковским памятникам, как звенигородская церковь Успения на Городке и Спасский собор Андронникова монастыря в Москве. Что касается псковских черт в архитектуре Ризположенской церкви, то они проявляются в частностях, деталях, то есть, включаясь в образ здания, дополняют его.
Архитектуре Ризположенской церкви свойственны благородство и мягкость форм, стройность, изысканность, утонченность в линиях силуэта. Изящное одноглавое здание поставлено на высокий подклет. В его архитектуре преобладают вертикальные линии. Полукруглые завершения стен слегка
заострены. Их угловые членения ниже средних, которые, возвышаясь над ними, зрительно подводят основной объем здания к его стройной вертикали завершения. В деталях убранства обнаруживаются светские черты: южный фасад, обращенный к расположенной напротив Грановитой палате дворца, украшают декоративный киот, словно небольшое дворцовое оконце, и невысокий рельефный поясок, который составлен из балясин и напоминает светскую балюстраду иноземного образца. Небольшие внутренние объемы памятника придают ему камерный характер. В соизмеримом с фигурой человека масштабе исполнено дошедшее до нас от XVII века живописное убранство храма.
Открытая реставраторами стенопись была исполнена в 1644 году московскими художниками под руководством Сидора Поспеева, который за год до этой работы участвовал как один из ведущих мастеров в создании грандиозного живописного ансамбля Успенского собора Кремля. Сравнение этих работ показывает, как хорошо древнерусский мастер в каждом отдельном случае понимал задачу создания живописного убора интерьера. В Успенском соборе настенные росписи подчеркнуто торжественны, представительны, крупномасштабны. Здесь же мастер в исполненных им композициях больше повествует, старается изобразить действие, более непосредствен.
Здесь живо и трогательно иллюстрируется древняя легенда о богоматери, почитавшейся как заступница земли русской, представлены небольшого размера композиции, написанные на текст посвященного ей песнопения.
Древние кремлевские храмы в разной степени были связаны с историческими событиями, но этим связям придавали большое значение. Чтобы показать их, использовали даже легенды. Так, в XVI веке в официальные хроники был включен рассказ о том, что создание церкви Ризположения в 1451 году явилось, якобы, откликом на действительное событие в истории Москвы — избавление города от набега ордынского царевича Мадовши, когда москвичи выходили против врага «из града и храбрски воополчишася и боряхуся с сопротивными». Если в настенные росписи была включена тематика историческая, то в четырехъярусной композиции иконостаса Ризположенской церкви такие связи не обнаруживаются. Но иконостас представляет большую художественную ценность. Реставраторы освободили от поздней записи замечательную работу талантливого изографа Москвы первой половины XVII века Назария Истомина. Сохранились почти все иконы иконостаса. Назарий Истомин — представитель так называемой «строгановской школы» живописи. Относительно невысокая ярусная композиция воспринимается как воспетый Истоминым мир добра и сердечности. Созданные им многочисленные образы словно несут с собой тишину, покой, умиротворение.
Живописное богатство Ризположенской церкви замечательно своей цельностью. Стенопись и иконы памятника одновременны. Посетитель музея попадает в подлинный мир художественных образов 17 века.
Древнерусская деревянная скульптура и мелкая пластика — это своеобразное явление в истории искусства. Больше связанные с широкой народной средой, произведения этого рода нередко несут в себе черты фольклора, в них больше выражен народный художественный гений. Однако волею судеб их как раз сохранилось очень мало, они почти не были известны до последних времен, поэтому само это искусство по существу явилось одним из открытий в искусствознании XX века.
Древнерусская деревянная скульптура в 18 веке оказалась в положении изгнанницы: специальным указом Синода предписывалось выносить ее из церквей и уничтожать. Показательна история самого раннего памятника из коллекции, представленной теперь в церкви Ризположения,— скульптурного изображения святого воина Георгия (?), относящегося к XV веку. Полуобгоревшая с большими утратами фигура была обнаружена в 1924 году на чердаке бывшего патриаршего дворца. Кстати — того самого дворца, при котором в древности сформировалось одно из самых крупных в России собраний произведений древнерусского искусства, в том числе и предметов мелкой пластики.
Средневековая скульптура представляет собой сочетание двух способов изображения — объемного и живописного. Это раскрашенная, рельефная икона.

ИНТЕРЬЕР ЦЕРКВИ РИЗПОЛОЖЕНИЯ ЮГО-ЗАПАДНЫЙ СТОЛП

Музей Церковь Ризположения

Интерьер церкви Ризоположения, юго-западный столп

Настенные росписи невеликого по размерам помещения исполнены в соответствующем ему масштабе — в основном это некрупные изображения.
Композиции в большинстве своем уплотнены, насыщенного содержания, с занимающим почти все поле рисунка архитектурным, или пейзажным, фоном. Они весьма характерны для своего времени.
Небогатые по колориту, росписи в то же время красочны, декоративны, представляют подобие сплошного нарядного, мягкого по тону ковра.
Наряду с сюжетными композициями в росписи включены отдельные фигуры и полуфигуры. Самыми крупными являются представленные на столпах изображения исторических лиц России. По древней традиции на столпах обычно писали образы христианских мучеников.
В XVII же веке здесь предпочитали располагать фигуры русских святых, как в данном случае — русских князей и московских митрополитов.

«ИЗБРАННОЙ ВОЕВОДЕ». 1644 СТЕНОПИСЬ. Музей «Церковь Ризположения»

Музей Церковь Ризположения

«Избранной» воеводе 1644. Стенопись.

Воинская тема присутствует в настенных росписях каждого кремлевского музея-собора. Одну из таких батальных сцен можно видеть в росписях Ризположепской церкви. В начальных строках древнего гимна содержится обращение к Богоматери как «взбранной воеводе», готовой к сраженьям воительнице, имеющей «державу непобедимую».
В картине, написанной на эти строки, изображено реальное историческое событие IX столетия — осада города Константинополя.
Примечательно, что художники XVII века, избрав исторический сюжет, с большим увлечением рассказывают о сражении, защите города. Рисунок построен таким образом, что связанная с событием легенда о чудесном спасении города с помощью ризы Богоматери, которую царьградский патриарх омочил в водах моря, отчего разыгралась буря и потопила суда осаждавших, — не оказалась в центре внимания зрителя, а присутствует в картине как один из основных эпизодов события. Повествовательный характер — одна из характерных черт росписей церкви Ризположения.

НИКОЛА МОЖАЙСКИЙ. XVII В. ДЕРЕВЯННАЯ СКУЛЬПТУРА. Музей «Церковь Ризположения»

Музей Церковь Ризположения

Никола Можайский. XVII век. Деревянная скульптура

В России, стране лесов, дерево служило не только строительным или поделочным материалом. Его издавна научились использовать в изобразительном искусстве. Богатый мир образов был создан безымянными русскими скульпторами.
Одним из образов, имевших широкое распространение в народной среде, был Никола Можайский. Этого древнехристианского святителя в деревянной скульптуре изображали обычно в полном священническом облачении, с мечом в правой и моделью города в левой руке. Под городом разумелся Можайск — западный форпост Московского государства, а Никола в такой иконографии почитался защитником этого города. Так любимая народом воинская тема находила себе в искусстве специфическое выражение.
Представленный в кремлевском музее Никола Можайский близок к народному пониманию образа. Под роскошным святительским облачением видится грубоватая фигура простолюдина с неловкой поступью и большими тяжелыми руками. Безусловно, он был близок и понятен простому мирянину как почти реальное лицо, пришедшее на защиту его родного дома.

МИТРОПОЛИТ ФИЛИПП КОНЕЦ XVII ВЕКА ДЕРЕВЯННЫЙ БАРЕЛЬЕФ Музей «Церковь Ризположения»

Музей Церковь Ризположения

Митрополит Филипп. Конец XVII века. Деревянный барельеф.

Скульптуру отличает профессиональное исполнение. Митрополит представлен в строгой торжественной позе. Фигура статична. Вместе с тем его неподвижное выражение лица едва приметно оживлено благодаря асимметричному очерку рта.
Таким крупноголовым, ширококостным, с большой окладистой бородой представлен современник Ивана Грозного — митрополит Филипп (в миру — боярин Федор Колычев), восставший против царя во время опричнины, казненный Малютой Скуратовым, а впоследствии причисленный церковью к лику святых.
Барельеф представляет собой крышку раки, в которую были положены останки этого исторического лица.


ПОДСВЕЧНИК. 1644 МОСКВА. Музеи «Церковь Ризположения»

Музей Церковь Ризположения

Подсвечник. 1644. Москва.

Энкаустика — живопись восковыми красками — встречается редко. Тем большую ценность представляют сохранившиеся работы московских восколеев XVII века.
Великолепным и редким дополнением к внутреннему убранству церкви Ризположения служат нарядные, высокие, цилиндрической формы подсвечники. Исполненные вскоре после украшения памятника настенными росписями в 1644 году, они сами стали частью его живописного оформления: их корпуса покрыты сочными яркими узорами, исполненными из цветного воска.
Их нарядный орнаментальный убор в целом дошел до нашего времени в хорошем состоянии. Он построен на сочетании трех красок — белой, зеленой, красной, что удачно перекликается с раскраской орнаментальных кругов стенописи.
Энкаустика обладает своим неповторимым декоративным характером. С одной стороны, краска словно проникает в глубь непрозрачной массы воска, что создает впечатление цвета, идущего из его матовой глубины. В то же время эта живописная поверхность, вощеная по самой природе своей, приобретает глянцевый блеск, благодаря чему усиливаются четкость рисунка и яркость цветного узора.