Culture and art

Культура и искусство

Ткачиха Ганна Полещук

Г. И. Полещук. Ковер. 1970-е гг.

Г. И. Полещук. Ковер. 1970-е гг.

Ткачиха Ганна Полещук

Искусство узорного ткачества — одна из наиболее ярких страниц белорусского народного творчества. Это искусство замечательно богатством орнаментальных композиций и изобразительных средств. Оно переживает в наши дни новый расцвет.

Г. И. Полещук. Ручник. 1970-е гг.

Г. И. Полещук. Ручник. 1970-е гг.

Уже более двадцати пяти лет в городе Слуцке налажено производство современных художественных ткацких изделий, выполняемых на ручных горизонтальных станках. Примерно с этого времени работает мастерицей-надомницей фабрики художественных изделий известная народная ткачиха Ганна Ивановна Полещук. Талантливая художница, вдохновенная энтузиастка народного ткачества, она сумела организовать большую бригаду мастериц-надомниц, которые продолжают традиции мастерства ткацких изделий Слутчины.
Родилась и выросла Ганна Полещук на Полесье, в деревне Гаврильчицы. Край легенд и песен, край, где по сегодняшний день деревенские женщины на праздник надевают традиционную одежду, украшенную узорным ткачеством и вышивкой, наложил неповторимый отпечаток на мастериц, на их вкусы и представления о красоте.
С раннего Детства Ганна слушала неумолкаемый ритмический стук деревенских кросен, грустную, но всегда мелодичную, полную лирических чувств белорусскую народную песню.
Пожалуй, тогда зародилось у нее то великолепное чувство ритма, цвета, композиции, которое всегда присуще ее изделиям. Хоть и садилась она за кроены еще в 30-е годы, но по-настоящему начала ткать после Великой Отечественной войны.

Г. И. Полещук. Ручник. 1970-е гг. 2

Г. И. Полещук. Ручник. 1970-е гг. 2

Умелые руки мастерицы создавали ткани, которые шли на одежду, ручники, скатерти. Они впечатляют изысканным декором, соответствием техники исполнения узору и цветовой гамме.
Колорит строится на спокойных соотношениях отбеленных и серых суровых ниток. Именно в единой композиции, особенно при соединении белого и серого, они создают тот особенный серебристый колорит.
Любопытно отметить, что орнамент иногда воспринимается к тому же и объемно. Вероятно, поэтому и закрепились в народной лексике такие названия узоров, как «имглицы», «моргухи», «кружки», «зорки», «маланки» и т. д.
Полещук создала и ряд традиционно-обрядовых ручников, украшая их исключительно тканым орнаментом. Колорит его чаще всего строится на сочетании двух цветов: белого с красным или синего с голубым. Реже встречается сочетание белого с зеленым или фиолетовым. Каждое колористическое решение строго отвечало способу украшения, мотивам орнамента и в целом — назначению ручника.
Подготавливая свадебное приданое («пасаг») дочери, мастерица ткет серию голубых ручников, украшенных браным орнаментом, изображающим белых птиц, цветы, звездочки. Обычно это две птицы (перепелки, голуби, аисты), симметрично расположенные по сторонам цветка или вазона, закомпонованные на всю ширину полотнища. Поперечными рядами они сплошь покрывают поверхность, выявляя бесконечно развертывающееся течение полосы ткани. Сдержанная нарядность, торжественное звучание ручников создается в основном серебристо-голубыми цветовыми сочетаниями. Ручники подобного типа выполнялись исключительно браным ткачеством.

Г. И. Полещук. Потомственная ткачиха

Г. И. Полещук. Потомственная ткачиха

Во время свадебного обряда такой ручник выполнял большую роль в различных церемониях. Ганна Ивановна рассказывает: «Еще в 40-х годах с голубым ручником («у птушки») невеста ходила за водой к колодцу, чтобы полить в саду вишню. Ручник при этом крепился к концу колодезного журавля и трижды должен был подняться в воздух. Обряд сопровождался песней, раздариванием невестой баранок и конфет».
Несомненно, мотивы птиц и цветов, голубой колорит связаны с обрядом, символизирующим плодородие, счастье, верность и нерасторжимость брачного союза. Ручник как атрибут на свадьбе в таком художественно-образном решении почти не встречается в других регионах Белоруссии.
В отличие от серебристой дымчатости свадебных ручников, достигнутой за счет естественных красок льна, мягкости перехода узора в фон, ручники для украшения красного угла имеют более выраженный ритм, контраст белого и красного. Равномерный ритм орнамента по всему полю ручника заменяется широкой фризоподобной, несколько тяжеловатой красной полосой, выполненной по концам закладным ткачеством («в матрушки»). Узор полосы предельно логичен и прост: в центре два-три крупных ромба («шурпы»), обрамляющие сверху и снизу более мелкие ромбы и полуромбы. Основной узор и обрамляющее поле разделяют и подчеркивают узкие полоски белого цвета. Они несколько смягчают яркость, но сохраняют насыщенность и эмоциональность декора. Строгая симметрия узоров, присущих браным ручникам, здесь часто отсутствует.
Обычно яркие, многокрасочные мотивы звезд, цветов, венков, листьев, вазонов заполняют равномерно или с акцентом на середину черный прямоугольник ткани, восхищая живописностью и жизнерадостностью. Когда входишь в дом мастерицы, увешанный коврами, ручниками, постилками, то кажется, что попадаешь на луг, расцвеченный ромашками, незабудками, колокольчиками. Впечатления от природы определяют певучесть и нежность форм, линий, помогают создавать сочный и необычайно выразительный орнамент белорусских ковров и ручников.
На вопрос, почему она любит вывешивать множество красочных тканых изделий в интерьере, мастерица ответила: «Бывало, войдешь в дом с сильного мороза или дождя, да еще после тяжелой работы, то кажется — вернулся в май!». Вдохновляясь окружающей природой, она запечатлевает ее поэтические образы и красоту. В рисунках орнамента отражалась жизнь, полная забот и надежд.

Г. И. Полещук. Постилка. 1970-е гг.

Г. И. Полещук. Постилка. 1970-е гг.

Ковры, украшенные браным узором, имеют два варианта композиционного решения. Те, которые украшались цветочно-растительным орнаментом, почти всегда имели четкое членение на центр и кайму. Это отсутствовало в коврах с геометрическим рисунком, ритмично, без акцентов заполнявшим всю поверхность.
Полихромностью, большой колористической насыщенностью и эмоциональностью выделяются ковры «веселка» (радуга) — в ровные, гладкие цветовые полосы. Цвет в этих коврах — один из наиболее важных компонентов композиции. Именно он создает ту сложную гамму настроений, которую ткачиха стремится передать в каждом изделии.
В первых послевоенных коврах Полещук пользуется удивительно гармоничной и тонкой, с большим количеством охристо-красных и черных оттенков гаммой. Орнамент создается двумя или тремя узкими цветовыми полосками, повторяющимися в строго установленном порядке. Четкая ритмика полос иногда обогащается затканными в узор элементами геометрического орнамента.
В коврах 60-х годов вместо узких отдельных полосок на красном или черном фоне появляются цветные группы — «шляки». Здесь соединяются полоски разных цветов, часто контрастных, и размещаются симметрично или асимметрично. Соотношения цветовой группы и фона бывают разными. Есть ковры, в которых фон отчетлив, и есть такие, на которых цветовые группы так близки, одна к другой, что один цвет как бы переходит в другой — от светлого к более темному и наоборот. Поражает смелость, с которой ткачиха оперирует самыми сложными, казалось бы, невозможными сочетаниями. Например, малинового, зеленого, оранжевого с голубым.

Г. И. Полещук. Ковер. Конец 1970-х гг.

Г. И. Полещук. Ковер. Конец 1970-х гг.

В 50-е годы, когда в Слуцке не было фабрики художественных изделий, а имелась только артель, ручное ткачество существовало как вид художественного рукоделия. Полещук занималась вышивкой мужских сорочек «гуцулок», «украинок», эталоны которых разрабатывались республиканской лабораторией. Часто эти изделия были лишены художественности и рукотворности, региональной особенности — качеств, характеризующих настоящие произведения народного искусства.
Подлинное художественное дарование мастерицы раскрылось в 70-е годы. Ей предложили ткать традиционные изделия. Выявилась жизненность и необходимость народных национальных форм в современном быту. Не отступая от местных приемов в композиционно-декоративном оформлении, мастерица привносит в них новую эмоциональную выразительность.
В ее коврах последних лет заметно увеличение раппорта и упрощение орнамента четырехлепестковой розетки, ромбов. Правда, за предельной упрощенностью рисунка несколько утерялась былая лаконичность и чеканная четкость узора. Этому в значительной мере способствовало то, что вместо льняной основы и шерстяного утка используются хлопчатобумажные нитки (десятый номер), акриловое и вискозное волокно. Колорит ковров— самый разнообразный. У тех, что ткутся многоремизной техникой,— яркий, насыщенный, иногда пестрый. Это многочисленные оттенки малинового, голубого, зеленого и белого цветов. В коврах, украшенных браным узором, колорит сдержанный, чаще построенный на сочетании двух цветов — черного фона и темно-бордового орнамента. Расцветка изделий зависит во многом от ниток, которые мастерица получает с фабрики художественных изделий.
В настоящее время Полещук создает множество эталонов, которые успешно осваиваются на Слуцкой фабрике художественных изделий, тиражируются ее коллегами, народными мастерицами-надомницами П. М. Линеня, В. М. Шикуть, О. К. Киеня и другими. Ручники, постилки, салфетки и другие изделия, выполненные мастерицей, отличаются высоким художественным вкусом и мастерством, чувством меры, культурой исполнения.
Традиционные формы и приемы узорного ткачества, которыми пользуется Полещук, типичны для любой народной ткачихи Слутчины. Они придают изделиям содержательность и особую неповторимость художественных решений. Умение, талант Полещук выявляются в своеобразном видении давно знакомых элементов, форм, которые она по-новому сопоставляет, компонует, словно придает им современную жизнь.
В совершенстве владея богатыми традициями узорного ткачества, она охотно передает их молодежи. В 1976 году ей присвоено почетное звание народный мастер. Лучшие работы ткачихи постоянно демонстрируются на районных, областных и республиканских выставках. Неоднократно они были представлены в Москве на ВДНХ СССР, на смотрах народной самодеятельности.