Culture and art

Культура и искусство

Чудские древности Рифея

Чудские древности Рифея

Солонка уточка 1910-ые. Мастер И.М. Лызлов.

Чудские древности Рифея

Лучшие произведения пермского звериного стиля по праву входят в сокровищницу выдающихся памятников народного искусства нашей страны. Современные исследователи древнего искусства пытаются проникнуть в сложный, во многом непонятный нам духовный мир первобытного человека и выявить реальное содержание художественных образов.

Чудские древности Рифея

Прорезная бляха. VI-VII век.

Отец и сын Теплоуховы занимались ведением лесного хозяйства в пермском имении Строгановых. Параллельно они изучали историю и этнографию родного края, вели раскопки отдельных памятников, коллекционировали археологические находки.
А. А. Спицын-выдающийся русский советский археолог, член-корреспондент АН СССР. Внес большой вклад в изучение древней истории земель, прилегающих к Волге и Каме. Систематизировал произведения пермского звериного стиля(в наиболее крупной работе «Шаманские изображения» выделил три эпохи: древние костища, VIII- IX вв. и X-XIV вв.). Для изучения древностей Прикамья неоднократно проводил раскопки в Чердынском, Кунгурском и Сарапульском уездах (1893-1901).
Особенности и трудности изучения предметов звериного стиля
Основная масса находок состоит из костей диких и домашних животных, которых приносили в жертву языческим богам-идолам или поедали при совершении религиозных обрядов. Кроме костей, здесь также найдены различные вещи. По некоторым можно определить время бытования.

Чудские древности Рифея

Теплоухов Александр Ефимович (1811-1885) и Теплоухов Федор Александрович ( 1845-1905)
А. А. Спицын-выдающийся русский советский археолог, член-корреспондент АН СССР. Внес большой вклад в изучение древней истории земель, прилегающих к Волге и Каме. Систематизировал произведения пермского звериного стиля(в наиболее крупной работе «Шаманские изображения» (Спб., 1906) выделил три эпохи: древние костища, VIII- IX вв. и X-XIV вв.). Для изучения древностей Прикамья неоднократно проводил раскопки в Чердынском, Кунгур- ском и Сарапульском уездах (1893-1901).

Предметы звериного стиля выявлены и в могильниках-местах захоронения. Как правило, они находятся вместе с другими вещами, в том числе монетами, поэтому время их бытования определить легче. Заметим, что в могильниках попадаются в основном украшенные изображениями животных орудия труда, предметы быта и украшения, изредка- бляшки художественного литья. Последние открыты в захоронениях, принадлежавших или родоплеменной знати, или колдунам-шаманам.
Сравнительно редко предметы звериного стиля встречаются на древних поселениях-селищах и городищах. Обычно они концентрируются в тех местах, где совершались религиозные обряды-около жертвенников или прямо на них (Назаровское городище на р. Обва, Городищенское нар. Усолка, Кыласово на р. Иньва). У стройство жертвенников различно, но почти везде обнаружены выкладки из костей животных (обычно черепов и костей ног). Часть предметов обнаружена в кладах, намеренно спрятанных в землю вдали от поселений.
Возле Перми по речке Нижняя Мулянка находится крупный археологический памятник- Гляденовское костище- могильник (VI в, до н.э.-VIb. н.э. ). Предки манси и хантов совершали здесь жертвоприношения вплоть до XVII в. Впервые археологические раскопки костища проводились под руководством члена Уральского общества любителей естествознания Н. Н. Новокрещенных в 1896 и 1897 гг. Среди девятнадцати тысяч вещей, обнаруженных в слое пережженных костей и пепла, было найдено много мелких бронзовых фигурок животных, птиц, людей, фантастических существ. Эти вещи наряду с другими использовали в обряде захоронения.

Чудские древности Рифея

Сницыи Александр Андреевич (1858-1931). Публикации А. А. Сиицыпа, посвященные пермскому звериному стилю

Часть из них можно в полной мере считать серийными, поскольку отлиты они в одной литейной форме и похожи друг на друга, как две капли воды. Если на хорошо датированном памятнике найдена хоть одна бляшка, входящая в такую «серию», то и остальные предметы этого типа можно считать более или менее одновременными.
Гораздо сложнее определить возраст уникальных предметов. Их уникальность, с одной стороны, была связана с особым назначением. Как правило, они более крупные и сложные по композиции. Однако полностью отойти от каких-то традиционных для своего времени приемов не могли и они. Благодаря этому можно (по особенностям техники, стиля) определить, с известной долей погрешности, время создания и уникальных произведений.
Чудь легендарная и чудь историческая
Зарождение и ранний этап искусства звериного стиля
Наиболее ранним произведением искусства Урала считается палеолитическая живопись Каповой пещеры в Белорецком районе Башкирской АССР. Обнаружена в 1959 г.зоологом А. В. Рюминым и исследована экспедицией Института археологии АН СССР под руководством профессора О. Н. Бадера в 1960— 1970-е годы. Рисунки находятся в труднодоступных местах пещеры, на расстоянии 300 метров от входа. На гладкую поверхность стен и потолка красной охрой нанесены свыше тридцати рисунков, среди которых преобладают изображения мамонта, носорога, лошади.
В живописных верховьях реки Вишера (Красновишерский р-н Пермской обл.) расположен камень Писаный: так на Урале называют береговые скалы. Подробное изучение уникального памятника провела в 1949 г. Камская археологическая экспедиция под руководством О. Н. Бадера. Большинство рисунков выполнены условно и статично. Однако в некоторых наиболее законченных и выразительных композициях чувствуется подлинный талант безвестных художников. Их рисунки говорят о наблюдательности, знании изображаемого объекта, об умении передать динамику движений, выбрать правильное, а подчас и оригинальное композиционное решение. Наскальные рисунки Вишеры играли большую роль в жизни древнего населения Северного Урала. Они были частью святилища.

Чудские древности Рифея

Книга Д. Н. Эдинга рассматривает период зарождения и ранние этапы развития древнего искусства Урала
Сыроиятов Д. К. Отражение чудовищного стиля в ар хнтсктурс крестьянских построек Пермского края.-Пермь, 1924

Композиция рисунков Писаного камня из V (центральной ) группы изображений ( по В. Ф. Генингу). Прекрасный образец наскального изобразительного искусства Урала эпохи неолита и бронзы. Генинг считал, что в этой композиции древний художник показал расселение родов по берегам Вишеры. Река нанесена по центру в виде ломаной линии из шести отрезков. Композиция состоит из нескольких фигур: вверху лось ( длина 19,5 см), внизу лосиха (17 см), затем соболь или песец в настороженной позе (11,5 см ), рыба (8,7 см), дуга с восемью зубцами (расстояние между ними 16,1 см ), капкан или лунарный знак в виде дуги с отходящей вверх линией (длина от левого края дуги до конца луча 12,4 см ). Рисунки расположены на высоте пять-шесть метров. Основной цвет бордо, реже красная охра.
Большинство предметов еще не подвергались химическому анализу. Состав металла может пролить свет на происхождение, указать, изготовлены ли предметы из местного или привозного сырья, а в сочетании с изучением особенностей техники-определить, сделаны ли они местными мастерами или привезены издалека.
Каждый такой знак принадлежности к определенному роду имел свое название-имя животного или птицы, которых изображал. Иногда эти значки повторяются на одном и том же предмете. В этом можно видеть зарождение простейшей формы письменности-рисуночного письма (пиктографии). В основе пермской азбуки, составленной миссионером Стефаном Пермским для народов коми в XIV в., встречаются знаки, очень похожие на местные тамги, обнаруженные в археологических раскопках.
Возможно, что сюжеты проникали также и от близких соседей, особенно при расширявшихся межплеменных браках. Такие заимствованные сюжеты обычно не получали развития в искусстве коренного населения, но некоторые из них творчески перерабатывались и органически вплетались в систему местных обрядов. Причем заимствования от родственных по происхождению племен приживались чаще, в результате чего общие мотивы распространялись на большие территории.
Исследователи пермского звериного стиля стремятся установить время проникновения новых сюжетов, причины и степень их заимствования в местном искусстве, исходные районы их зарождения. Это поможет определить, какой народ создал эти сюжеты и как они распространялись по другим территориям. Произведения звериного стиля в какой-то степени могут служить косвенными источниками в изучении процессов этногенеза-сложения и развития племен, ставших предками современных народов (их сближения, разделения, поглощения культуры одного народа более развитой культурой другого). Предметы первобытного искусства и религии служат одним из признаков археологических культур- больших групп одновременных археологических памятников, выделенных на определенной территории и имеющих общие черты сходства как в материальной, так и духовной культуре. По мнению большинства археологов, археологические культуры отражают былое этническое и культурное единство и оставлены родственными или долго проживавшими вместе племенами.

Чудские древности Рифея

Возле Перми по речке Нижняя Мулянка находится крупный археологический памятник- Гляденовское костище- могильник (VI в, до н.э.-VIb. н.э. ). Предки манси и хантов совершали здесь жертвоприношения вплоть до XVII в. Впервые археологические раскопки костища проводились под руководством члена Уральского общества любителей естествознания Н. Н. Новокрещенных в 1896 и 1897 гг. Среди девятнадцати тысяч вещей, обнаруженных в слое пережженных костей и пепла, было найдено много мелких бронзовых фигурок животных, птиц, людей, фантастических существ. Эти вещи наряду с другими использовали в обряде захоронения.
Открытый в Перми в 1890 г. научно-промышленный музей ( ныне Пермский областной краеведческий музей ) — первое научное учреждение края-сыграл большую роль в сохранении и пропаганде памятников древнего искусства Прикамья. В музее в 1894 г. была организована первая на Урале выставка произведений пермского звериного стиля.

Древнейшие памятники искусства на Урале относятся, как и в других районах нашей страны, к древнекаменному веку-палеолиту. Первоначальное заселение Урала неандертальским человеком произошло в раннем палеолите, около 200 тыс. лет назад. Первые произведения искусства создал человек современного физического типа около 25-30 тыс. лет назад-в эпоху позднего палеолита. Древнейшими видами были наскальная живопись и орнаментальный рисунок. В Каповой пещере в Башкирии А. В. Рюминым и О. Н. Бадером были открыты и исследованы силуэтные изображения мамонтов, диких лошадей и шерстистых носорогов, нанесенные красной охрой на верхнем этаже пещеры.
В расположении фигур отсутствуют признаки композиции. Животные изображены друг над другом в разных частях пещеры. По стилю изображения мамонта (в спокойном движении, с опущенной головой) рисунки Каповой пещеры очень похожи на гравированные на кости изображения этого же животного из палеолитических стоянок Восточной Сибири (Мальта, Берелёх). Очевидно, что уральская живопись палеолита была близка изобразительному искусству Сибири. Общие черты развивались в уральском искусстве и позднее, вплоть до позднего железного века. Видимо, культурные связи между этими районами были довольно устойчивыми. Открытие в Каповой пещере поставило Урал в ряд древнейших очагов палеолитической живописи мира. По количеству и качеству росписи Каповой пещеры относятся к лучшим образцам пещерной живописи Европы.
Еще до Великой Отечественной войны на реке Чусовая на палеолитической стоянке, получившей позднее имя ее первого исследователя М. В. Талицкого, было найдено ребро мамонта с простым линейным и угловым орнаментом. Орнаментальное искусство продолжало развиваться и в эпоху мезолита (XII-V тыс. до н. э.). В 70-е годы нашего века Ю. Б. Сериков обнаружил на Кокшаровско-Юрьинской торфяниковой стоянке к северу от Нижнего Тагила деревянные и костяные предметы с разнообразными узорами в виде прямых и волнистых линий, ромбов, сетки, косых крестов. В некоторые из них была втерта охра. Такого рода предметы найдены и на других мезолитических стоянках Зауралья.
В мезолите стилизация коснулась и живописи. Так, в схематических рисунках, найденных на нижнем этаже Каповой пещеры, некоторые исследователи видят обрисовку наземных жилищ. В это же время появляются первые изображения человека. Силуэтные фигурки людей были обнаружены в Идрисовой пещере на реке Юрюзань. В мезолите на Северном Урале обнаружены остатки деревянной скульптуры. В Висском торфянике в Коми АССР Г. М. Буровым найдены обломок деревянной лыжи со скульптурным изображением головы лося и деревянные предметы с вырезанным на них орнаментом.
Уже в самые ранние произведения первобытного искусства вошли изображения животных. Охота была главным занятием первобытных людей. Зверь олицетворял пищу и одежду, единство с окружающей природой. Первобытные охотники хорошо знали повадки зверей и научились великолепно изображать их. Лаконизм надолго стал одной из главных примет стиля древних художников Урала.

Чудские древности Рифея

Сосуд в виде лосихи. Туловище и ноги внутри полые. Тщательно отделана непропорционально большая голова. Отмечен разрез губ и ноздрей. Зрачки глаз были инкрустированы, а уши сделаны из другого
Сосуд в виде лосихи. 2-я пол III — И тыс. до н. э. 11айден В. Ф. Старковым на Горбуновском торфянике в 1978 г Дерево, резьба. 17,5 х 23 см.

Роль охоты сохранялась в таежных районах Прикамья и в более поздние эпохи, о чем говорят многочисленные находки охотничьих орудий и костей диких животных в археологических памятниках. В связи с этим долго удерживались и религиозные верования, связанные с почитанием животных и птиц.
Расцвет искусства каменного века на Урале приходится на период неолита (V-III тыс. до н. э.). В это время развивается наскальная живопись по обоим склонам Урала. Для нее характерны стилизованный реализм, простота форм, силуэтное изображение животных и человека. Заметны попытки передать движение, а в рисунках Писаного камня на реке Вишера видны зачатки композиции.
В Горбуновском и Шигирском торфяниках Зауралья найдены великолепные образцы объемной деревянной скульптуры в виде бытовых (сосуды, ложки, черпак, фигура подсадной утки) и культовых предметов (фигура лося, изображение змеи и человекоподобные колообразные идолы с грубой проработкой лица в двух плоскостях). Образы животных (лось, медведь) и птиц (лебедь, утка, гусь, болотная курочка) переданы в лаконичной реалистической манере, с обобщенной подачей характерных деталей-изгиба шеи, посадки головы, формы клюва.
В стоянках неолита и эпохи бронзы (II тыс. до н. э,) встречаются миниатюрные плоские скульптурки животных и человека. В Прикамье, как и в прилегающих районах севера европейской части СССР, они выполнены двусторонней отжимной техникой на кремневых отщепах и пластинах, в Зауралье-из мягких пород камня техникой шлифования. На восточном склоне Урала найдены изображения головы лося из рога и роговые молоты, завершенные головой животного. В стоянках бронзового века на обоих склонах Урала найдены примитивные глиняные статуэтки животных.
В неолите получает развитие орнамент на глиняной посуде в виде простейших геометрических узоров, в которые вплетаются стилизованные изображения животных. В связи с развитием сетевого рыболовства в орнамент вводятся изображение сетки и волнистые струйчатые линии, передающие водную стихию. Рисунки водоплавающих птиц и лося, нанесенные зубчатым штампом, украшали глиняный сосуд со стоянки Бор III эпохи бронзы на реке Чусовая. На глиняных сосудах этой же эпохи из Зауралья есть изображения летящих птиц, вплетенных в орнамент. Вдавленным орнаментом была украшена берестяная кровля неолитического жилища на стоянке Полуденка около Нижнего Тагила. Орнаментом украшались и металлические орудия труда и бытовые вещи.

Чудские древности Рифея

Конь-охлупень. Начало ХХ века. Мастер А.А. Митюков. д. Шалам Косинского района Пермской обл.

В бронзовом веке на Урале появляются привозные металлические орудия с изображениями животных, например кинжал с навершием в виде трех фигурок баранов из Турбинского II могильника около Перми.
Он похож на кинжалы карасукской культуры Южной Сибири. На стоянке Ерзовка около села Частые найдена бляшка, на которой изображен насторожившийся горный козел. Она очень похожа на такие же произведения, встречавшиеся в ранних памятниках тагарской культуры Южной Сибири. Более простая по оформлению фигурка козла найдена на реке Вишера в жертвенном месте раннего железного века. Появление в Прикамье первых металлических изображений звериного стиля из Сибири не случайно. Как показывают исследования, часть металла привозилась именно из Зауралья и Западной Сибири.
В ананьинской культуре раннего железного века Прикамья (VIII- III вв. до н. э.) дальнейшее развитие подсечного земледелия и скотоводства, металлургии меди и железа привели к усилению роли мужского труда в производстве, заметному имущественному расслоению патриархальных родовых коллективов, выделению родоплеменной знати и военной дружины. Участились столкновения между местным населением и жившими в южных районах Приуралья сарматскими племенами. Через сарматов шел обмен с Северным Причерноморьем, в том числе со скифами.
Эти социально-экономические процессы вызвали заметные изменения в развитии местного искусства. Влияние на него со стороны культуры ближних и дальних соседей стало еще более определенным.
В сюжетах скифо-сарматского звериного стиля довольно часты изображения хищников из семейства кошачьих (барсы, пантеры), свернувшихся в кольцо. Местные мастера постепенно заменяют их изображениями медведя или хищников.из семейства псовых (чаще всего волка). Один из самых популярных у скифов мотив оленя встречается редко и постепенно заменяется изображением лося.

Чудские древности Рифея

Коробочки, вторая половина XIX века. Ханты-Мансийский автономный округ, береста.

Среди местных сюжетов преобладает изображение медведя и разных видов птиц-хищных и водоплавающих с плавно опущенными крыльями. К этому же времени относятся первые изображения домашних животных, в частности коня, выполненные в обобщенно-натуралистической манере. На зарождавшихся тогда костищах и на жертвенниках в поселениях чаще всего встречаются выкладки конских или медвежьих черепов. Большая часть изображений звериного стиля отлита из металла, хотя нередко попадаются предметы из кости и, реже, глиняные фигурки. Они, видимо, сохраняли магическое значение на родовых и племенных святилищах, где совершали жертвоприношения в честь животных-предков. Часть предметов найдена в погребениях воинов, чаще богатых. Тем самым, очевидно, подчеркивалось особое положение этих людей.
Развитие земледелия, скотоводства, других производств косвенно отразилось в изменении орнаментальных мотивов. Например, на глиняной посуде все чаще встречаются отпечатки шнура (в связи с развитием ткачества), а также стилизованное изображение солнечного диска, иногда с лучами. На поселениях и костищах найдены очень примитивные женские статуэтки. Изображение женщины-владычицы зверей-в окружении животных изредка наносилось на металлические бляхи.
Патриархальные семьи становятся основной экономической ячейкой общества, начинает обосабливаться моногамная семья.
В конце гляденовской культуры на территорию Среднего Прикамья из лесостепных и степных районов Зауралья вторгаются новые скотоводческие племена угорского и тюркского происхождения, потеснившие местное сармато-аланское и финно-угорское население, которое осваивает районы Северного Прикамья и одновременно заимствует от пришельцев некоторые новые мотивы в искусстве. Борьба местного и пришлого населения отражена в художественном литье, в сценах борьбы животных леса и степи.
Интенсивный обмен пушнины на драгоценную посуду среднеазиатского и иранского происхождения также способствует заимствованию новых сюжетов. На привозной посуде процарапывают рисунки животных, птиц, фантастических существ и человека. Но наряду с появлением новых тем, композиций, технических приемов продолжают развиваться традиции местного искусства.
Одним из самых богатых средневековых памятников Верхнего Прикамья является Редикорский могильник VII-XI вв. Умерших хоронили рядами в неглубоких ямах, головой ориентировали на запад. Во время многолетних раскопок вскрыто сорок три погребения. На снимке представлено наиболее интересное женское погребение, пеживых людей, изображала лицо «души- тени»-загадочного и страшного существа потустороннего мира.
ренесеннос в экспозицию Чердынского краеведческого музея. Личные вещи уложены в порядке их ношения. Интереснейшая черта погребального обряда- применение серебряной личины-накладки с прорезями для глаз. Назначение ее было многофункциональным.

Чудские древности Рифея

Куженька-берестеная коробочка для хранения предметов домашнего обихода. Середина XIX века, Ханты-Мансийский автономный округ.

Упадок искусства художественного литья. Развитие его традиций в резьбе по кости, дереву и в орнаменте
Процесс схематизации сюжетов, усиление роли орнамента продолжается в родановской культуре (IX-XV вв.). В это время возрастает значение пашенного земледелия, от которого отделяются ремесла, завершается процесс разложения родового строя и начинают складываться раннефеодальные отношения у предков коми-пермяков. Это приводит к постепенному вытеснению родовых и племенных культов межплеменными. Складывается культ главных божеств, какими в мифологии коми были Ен (бог плодородия, грома и молнии) и Омоль (бог нижнего мира, преисподней-противник Ена). Поэтому металлическая пластика, представлявшая собой изображения семейных, родовых и племенных идолов, вытесняется деревянной скульптурой. Одновременно идет переориентация религиозных представлений. Обожествление животных заменяется культом человекоподобных богов, которые почитаются повсеместно, всей складывающейся народностью.
С приходом русских некоторые местные божества слились со славянскими языческими. Так, культ бога-громовержца Перуна сначала перекрыл культ Ена, а затем был вытеснен культом христианского святого Ильи Пророка. В это же время металлургия и металлообработка железа достигают высокого уровня, оттесняя металлургию меди и бронзы на второй план. Утрачиваются и приемы художественного литья из цветных металлов.
В начале XVI в. русский митрополит Симон обрушил гнев не только на местное, но и на русское население, сохранявшее языческие обряды и поклонявшееся человекообразным деревянным идолам.
В металлическом художественном литье постепенно исчезают многофигурные композиции, из которых дольше всех сохраняются изображения семейной пары с потомством, женского божества в окружении животных или в сочетании с колосьями злаков, всадников, иногда в окружении животных. По заказу местной знати часть таких изображений выполнялась в сложной ювелирной технике из серебра в городских ремесленных центрах Волжской Булгарии. Булгарское ремесло оказывало влияние на технику изготовления и местных произведений искусства.
В немногочисленных одиночных изображениях животных, птиц и человека реалистические очертания фигур заменяются сухими геометрическими, орнамент также становится более сухим и примитивным, композиции-грубыми. К XIII в. эти явно вырождающиеся мотивы совершенно исчезают.

Чудские древности Рифея

Люлька и крюк для подвешивания. Середина XIX века. Ханты-Мансийский автономный округ

Такая же стилизация происходит со звериными и птичьими изображениями на украшениях и бытовых вещах. В то же время орнамент на глиняной посуде и костяных вещах становится более сложным и разнообразным. В нем преобладают стилизованные изображения солнца-розетки, кружков с точкой, круга с перекрестиями.
Однако лучшие традиции древнего искусства не исчезли. Они сохранились в деревянной бытовой утвари, деревянной культовой и бытовой (куклы) скульптуре, в декоративном убранстве жилищ, в резьбе и росписи деревянных и берестяных предметов, в рисунке тканей, в аппликациях из кожи и меха, реже-в металлических украшениях одежды, резьбе по кости и орнаментации глиняной посуды у коми-зырян и коми-пермяков . До конца XIX в. в языческих обрядах использовались изображения всадника на коне, нарисованные на затесах священных деревьев. У манси фигуры животных долго сохранялись в костюме шаманов.
С некоторыми из этих изображений до недавнего времени были связаны различные суеверия. Так, узоры орнамента у коми до сих пор сохранили названия, раскрывающие их «звериное» происхождение (лебедь, птичья лапа, соболь, лягушка и т. д.).
Эти древние национальные черты искусства коми, восходящие к пермскому звериному стилю, обогатили русское народное искусство и успешно развиваются современными мастерами.
Деревянные жертвенные сосуды в виде лося, роговые пластины с лосиной головой найдены на Горбуновском и Шигирском торфяниках около Нижнего Тагила. Фигурки лося, сделанные из кости, открыты на памятниках ананьинской культуры, а металлическая пластика-на
В памятниках более поздней ломоватовской культуры они встречаются редко, а в родановской культуре исчезают.
Атрибуты для общения с духами- покровителями.
Вплоть до XX в. у коми- пермяков сохранился обычай обращаться к лесным духам при помощи «кабалы» — прошения, написанного на бересте и оставленного в лесу на том месте, где потерялась скотина или произошла какая-нибудь беда с человеком. В некоторых случаях, для проявления более действенной магической силы, местный колдун по просьбе жителей рисовал на дереве и самого лесного духа.
В Верхнем Прикамье обнаружено более шестидесяти кладов иранских, византийских и среднеазиатских художественных предметов из серебра.

Чудские древности Рифея

Навершие кресала, из коллекции Теплоуховых. Верхнее Прикамье.

В Пермском университете хранится интересная коллекция М. Н. Зеликмана, бывшего лесничего Строгановых. Еще до революции он собрал немало произведений пермского звериного стиля, среди которых выделяется одна реалистическая плоская силуэтная фигурка. Зверь показан в движении, голова опущена, на спине характерная горбинка. Какие-либо дополнительные украшения отсутствуют. В Пермском областном краеведческом музее есть полые пронизки, напоминающие птицу с выступающим хвостом и опущенными лапами, но имеющие характерную лосиную голову с отвисшей нижней губой и настороженными ушами.
Лоси входили и в состав композиций. На одной из крупных ажурных блях овальной формы, обрамленной ложновитым орнаментом, довольно реалистично сделаны два лося, поднявшиеся на дыбы и ударяющие друг друга копытцами. На другой цельнолитой прямоугольной бляхе, также обрамленной крупнозубчатым орнаментом, изображены семь опущенных вниз лосиных голов и три головы других копытных животных с рогами. Вероятно, не случайно основу композиции составляют традиционные семь фигур. Число «семь» у многих народов было священным, связанным с циклами лунного календаря. В таком случае образ лося на этой бляхе связан с космогоническими представлениями о верхнем мире-небе.
В Чердынском краеведческом музее имени А. С. Пушкина хранится обломок круглой ажурной бляхи с ложновитым орнаментом по краю. На ней запечатлена динамичная сцена борьбы лося с каким-то хищным животным. Такого рода сцены, видимо, отражали борьбу между отдельными родовыми коллективами в эпоху разложения первобытно-общинного строя.
В раскопках А. М. Белавина на селище Володин Камень I на реке Яйва найдена интересная ажурная прямоугольная бляха с гребенчатым орнаментом по краю. В нижней части довольно сложной композиции изображен ящер. Над ним помещены птица в профиль и рыба в движении. Венчает композицию большая голова лося, также повернутая в профиль. Три яруса, возможно, отражают представления древних о трех мирах: нижнем (подземном царстве), среднем (люди и животные) и верхнем (небе). Академик Б. А. Рыбаков считает, что в таких трехчленных композициях лоси олицетворяют небесный свод. Недаром на русском севере созвездие Большой Медведицы называлось «Лосем», «Сохатым», «Лосихой». Вот почему одиночную голову лосихи в такой композиции можно связать с верховным женским божеством-хозяйкой Вселенной, Великой матерью, как представляли ее народы Сибири.

Чудские древности Рифея

Птица лебедь, начало ХХ века. Собрана из разных деталей.

С культом лося переплетается и почитание оленя, хотя оно реже встречается в пермском зверином стиле. В краеведческом музее Перми хранится великолепно выполненное объемное навершие в виде головы оленя с ветвистыми рогами и открытой пастью. В раскопках
В. П. Денисова на Большевисимском могильнике найдены ажурные щитовидные бляшки поясного набора с реалистическим силуэтом оленя в полный рост с откинутыми назад рогами.
Продолжением гляденовских прототипов служат прекрасные рельефные изображения медведей на крупных прямоугольных бляхах ломоватовской культуры с реки Кын из коллекции М. Н. Зеликмана.
В Гайнском народном музее хранится уникальная ажурная бляха, в центре которой медвежья голова, а туловище и лапы образуют овальную форму пластины. Встречаются также бляхи с изображением трех медвежьих голов в ряд, расположенных в нижней части пластины. Верхнюю часть обычно занимают параллельные ряды выпуклого и ложновитого орнамента. Иногда основу композиции составляют шесть голов. три из которых находятся в одном ряду, а другие расположены над ними и тоже разделены полосами орнамента.
В коллекции Зеликмана есть пока единственная плоская силуэтная бляшка, изображающая медведя в движении. Гораздо чаще встречаются пронизки-объемные фигурки медведей в различных позах. Иногда оно настолько грубо выполнено, что трудно угадать реальный прототип.
В начале 80-х годов раскопки Городищенского городища в Соликамском районе дали интересные результаты. Коллекция звериного стиля пополнилась крупной пластиной, которая представляет собой редкий вариант использования медведя в составе сложной композиции. На закругленной сверху бляхе показано лицо человека, разделенное на две части выпуклой полосой. Вероятнее всего, мастер запечатлел здесь лицо шамана в ритуальном головном уборе из шкуры и головы медведя.

Чудские древности Рифея

Чаша в виде плывущего лебедя. 1887 г. д. Яборова, Красновишневского района Пермской обл.

Медный гребень со стилизованным изображением куницы найден Ю. А. Поляковым на Назаровском городище на реке Обва. Начиная с гляденовской культуры встречаются, хотя и редко, свернувшиеся в клубок фигурки змей, сплошь покрытые орнаментом. Дело в том, что останки этого ископаемого довольно часто обнажались при земляных работах. В результате бивни мамонта стали почти обязательной принадлежностью владыки подземного мира. На Городищенском городище найдена уникальная литая выпуклая бляха с изображением двух веретенообразных ящеров (драконов), соприкасающихся мордами, хвостами и лапами. Вероятно, неизвестный мастер попытался показать здесь сцену борьбы.
Чаще всего изображения коня представлены односторонними плоскими фигурами или сдвоенными, с повернутыми в разные стороны головами. Самые ранние из них очень реалистичны-с проработанной орнаментом гривой, длинным хвостом. В поздний период фигуры стилизуются, их выполняют в лаконичной художественной манере. На туловище наносят солярные знаки-кружки (символ солнца), линейный, а иногда и точечный орнамент.
В конце ломоватовской культуры появляются и получают широкое распространение коньковые шумящие подвески. Основание их образовано двумя сильно стилизованными конскими фигурками с головами, повернутыми в разные стороны. Основы подвесок покрыты линейным или ложновитым орнаментом. Чаще всего их обнаруживают в погребениях, причем с обеих сторон костяка. Они сохраняются и в родановской культуре до XII в., а затем сменяются еще более стилизованными якорьковыми подвесками, где якорек образован двумя сближенными конскими головами.
Изображения коня в различных видах и вариантах было широко распространено у финно-угорских народов Прикамья и Поволжья. Назовем лишь бронзовые навершия медных огнив-кресал, бытовые вещи из кости и рога, гребни и ложечки-копоушки, поясные накладки. На Редикорском городище в Чердынском районе найден костяной жезл шамана с конской головой.

Чудские древности Рифея

Вход в Каповую пещеру.

Начиная с гляденовской культуры встречаются изображения всадников, иногда вооруженных. Новые интересные находки таких фигурок были сделаны Н. В. Соболевой на Назаровском I селище на реке Обва и Черновском I городище около города Краснокамска, а также А. Ф. Мельничуком в раскопках Пеньковского селища в Чусовском районе.
Мы уже упоминали о бляхах с охотничьими сценами, изготовлявшимися по заказу местного населения в городских центрах волжских булгар. Около села Искор Чердынского района была найдена серебряная литая плоская бляха. Композиция ее аналогична булгарским.
В центре фигура всадницы-женского божества. Около ее головы диск солнца и полумесяц. Всадница держит в руках рог. Слева над крупом лошади изображена хищная птица в профиль, под ногами лошади-раз- личные животные.
Очень простой композицией является гладкая литая подвеска с силуэтом коня, стоящего на змее, голова которой упирается в лошадиную морду.
В родановской культуре стилизация и схематизация усиливаются. Сдвоенные птичьи головы появляются на основах шумящих подвесок с птичьими лапами, как бы заменяя здесь конские головы. Изображение двух птиц (куры), обращенных головами друг к другу, украшает округлую основу шумящей подвески-медальона из деревни Сартаково Чердынского района.
Развитие сюжета наиболее полно исследовано А. В. Шмидтом, который проследил его дальнейшую эволюцию в ломоватовской культуре. Сама птица продолжала оставаться довольно реалистичной, так же как и человеческое лицо, переданное в двух плоскостях-выпуклые лоб и нос и углубленная лицевая часть, на которой отмечены глаза и рот, а иногда усы. Порой композиция усложнялась за счет увеличения числа птичьих голов (2-3). Вводились также головы других животных (чаще лося), которые украшали крылья птиц или обрамляли человеческое лицо. На хвостах птиц дополнительно изображали ящеров. В эти композиции, видимо, тоже вкладывались сложные космогонические представления о нескольких мирах.
В Больше-Висимском могильнике (Добрянский р-н) в раскопках
Особую группу композиций представляют полые рельефные пронизки с хищными птицами, клюющими животное (чаще мелких пушных зверьков). На пронизке из деревни Плёс Гайнского района изображена птица, клюющая медведя, который стоит на ящере.

Чудские древности Рифея

Еще одна группа-так называемые кричащие птицы. Это крупные и мелкие полые пронизки в виде птицы. На груди у нее обозначена голова хищника с раскрытой пастью, оперение передано точечным орнаментом. В нижней части иногда добавляли стилизованную голову лося.
Очень интересны бронзовые навершия кресал с изображением человеческой фигуры и двух склонившихся над ней птиц. Это снова переработка восточного (по мнению Л. А. Голубевой) или скандинавского сюжета (по мнению Г. Ф. Корзухиной).
В памятниках родановской культуры происходит значительная стилизация и упрощение композиций на птицевидных идолах. Человеческая личина исчезает или превращается в геометрическую фигуру, например ромб или овал. На туловище птицы наносится фигура человека, стоящего в полный рост на спине животного. Поверхность бляшки сплошь покрывает простой геометрический орнамент.
Этот мотив появляется на позднем этапе гляденовской культуры и бытует на всем протяжении ломоватовской. Самый простой вариант-человеколось, стоящий на ящере. Иногда у него как бы две головы-человеческая и выше ее лосиная. На человеческой фигуре иногда показаны признаки пола, детали одежды, руки или крылья. Реже попадаются два человеколося, обращенные головами друг к другу, образующие свод над человеческой личиной или над одной или несколькими (2-3) человеческими фигурками, расположенными в центре бляхи. В отдельных случаях композиция усложняется, как на бляхе из коллекции М. Н. Зеликмана, где в центре находится крупная фигура человеколося, а под ногами и вокруг нее-несколько фигур и голов разных животных. В той же коллекции есть великолепная крупная ажурная пластина в рамке из ложновитого орнамента. В основе — человек-всадник на движущемся коне с длинным хвостом. Конь ступает по головам семи ящеров, выше человека расположено семь голов человеколосей, а сбоку-еще одна лошадь и летящая хищная птица.

Чудские древности Рифея

Река Вишера. Камень Писаный

В. В. Чарнолуский записал у саамов (лопарей), живущих на северо- западе европейской части СССР, легенду об олене-человеке Мяндаше и предположил, что бляшки с изображениями человеколосей служат как бы иллюстрацией к этой легенде, проникшей от лопарей к финно-угорским народам Приуралья. Б. А. Рыбаков считает, что основная часть композиций с одним или двумя человеколосями отражает представления древних финно-угров об устройстве Вселенной. Л. С. Грибова видит здесь символы конкретных родов, своеобразные записи племенных преданий. Думается, более прав Рыбаков, а Грибова упрощает трактовку, преувеличивая значение тотемистических представлений в период , когда родовой строй уже разлагался, а именно к этому времени относится большинство изделий пермского звериного стиля.
Отметим, что в центре отдельных композиций с человеколосями есть изображения двух разнополых людей в позе экстаза, трех человеческих фигурок, одна из которых явно изображает ребенка. Очевидно, тут отражено появление и укрепление моногамной семьи в эпоху разложения первобытного общества.
В другом случае семейная пара с ребенком изображена с растениями в руках, а на другой бляшке к ногам женщины склонились тучные колосья.
Остановимся еще на одной группе крупных ажурных блях, найденных недалеко друг от друга в Чердынском районе около трех населенных пунктов-у поселка Курган (4), деревни Усть-Каиб (2) и в устье реки Тимшер (2). Можно с уверенностью считать эти бляхи изделиями местных мастеров.
На одной из пластин (пос. Курган) человеческая фигура, стоящая на лошади, увенчана хищной птицей в геральдической позе. Руки выполнены в виде раскрытых крыльев. На другой бляхе человек стоит на ящере, выше-круглая человеческая личина в окружении летящих птиц, около ног-фигуры лошадей. Рамку составляют две змеи, сомкнувшиеся головами над личиной. Третья пластина имеет в центре трехголовую женскую фигуру, стоящую на бобре, руки ее переходят в крылья, а над человеческими личинами помещены головы трех хищных птиц. В лобной части каждой личины находятся кружки-символы солнца, а на одной из курганских блях-косой крест. Композиции всех этих произведений укладываются в схему, отражающую представление о трех мирах, и одновременно связаны с почитанием верховного женского божества. Возможно, эти идолы являются изображением Золотой бабы, легенды о которой были широко распространены у народов Северного Урала.
Две пластины из этой серии выделяются тем, что главная фигура дополнена склонившимися к ней людьми. Л. В. Чижова считает их изображениями вождей, бывших одновременно и шаманами, или ремесленников-кузнецов, которые также нередко выполняли функции шаманов. Появление таких сюжетов в эпоху разложения родового строя и отделения ремесла от земледелия вполне объяснимо.

Чудские древности Рифея

Рисунки Писаного камня из Центральная группа изображений. Цвета росписи бордо, охра. Эпоха неолита и бронзы

Из истории изучения звериного стиля
Интерес к искусству древнего населения Прикамья возник в середине XIX в. Русскими и советскими учеными написано немало работ, посвященных этой теме. Из дореволюционных трудов наибольшую ценность имеют книги и статьи А. А. Спицына, Д. Н. Анучина, Ф. А.Теплоухова. В последние годы эта тема наиболее плодотворно разрабатывается Б. А. Рыбаковым, Л.С. Грибовой, Л. В. Чижовой, К. И. Корепановым. В искусствоведческих исследованиях Н. Н. Серебренникова и Н. С. Королевой сделаны попытки проследить преемственность древнего искусства с более поздними его формами и современным искусством.
Происхождение звериного стиля остается спорным. В дореволюционной науке была тенденция считать его целиком заимствованным и спор шел лишь о том, из какого именно очага древнего искусства (переднеазиатского или скифо-эллинского). В советской науке все исследователи соглашаются с тем, что истоки звериного стиля разных регионов находятся в среде местного искусства и связаны с местными религиозными культами и социально-экономическим развитием. Л. С. Грибова прямо связывает происхождение пермского звериного стиля с предками народов коми. Однако исследования последних лет показали, что при- камское искусство художественного литья не было явлением изолированным и соприкасается с культурными традициями других народов, как близких, так и более удаленных. На всех этапах своего развития пермский звериный стиль испытал влияние искусства других регионов, впитал в себя некоторые сюжеты, переработав и развив их.
Очень сложен вопрос об этнической принадлежности памятников древнего искусства. Развитие звериного стиля шло одновременно у разных по происхождению племен, находившихся на одинаковых стадиях социально-экономического развития, постоянно общавшихся между собой, иногда входивших в крупные союзы племен, которые объединяли как родственное, так и неродственное население. Контакты древнего населения усиливались при перемещениях, при расширении торговых связей, особенно в период разложения родового строя, когда замкнутость родоплеменных объединений ослабевает и некоторые сюжеты искусства становятся межплеменным достоянием.
С древнейших времен население Прикамья было тесно связано с Зауральем, где рано начали складываться предки угорских (манси и ханты), а затем и тюркских народностей. Такая же связь существовала и с более удаленными районами Сибири, население которых жило в сходных географических условиях и находилось примерно на тех же стадиях социально-экономического развития.

Чудские древности Рифея

Если Ф. А. Теплоухов, А. В. Шмидт и В. Н. Чернецов связывали лучшие образцы звериного стиля на Урале только с угорским населением и делали первые попытки выяснить различия его в приуральской и зауральской зонах. Ведь наиболее характерные находки пермского звериного стиля встречаются на территории расселения именно этих народов.
На слабо изученном пока Южном Урале, где в раннее средневековье формировалось тюркоязычное население, предметы позднего этапа развития звериного стиля не встречаются, а памятники древнего искусства имеют черты сходства с тюркской культурой.
Мы считаем возможным выделить пермский звериный стиль как вариант урало-сибирского, наиболее близкий зауральскому направлению. Общими для обоих вариантов можно назвать следующие образы и композиции и другие. Есть также некоторые общие приемы в технике изготовления.
Для пермского звериного стиля характерны сложные многофигурные композиции с изображениями людей и животных, стоящих на ящере или другом животном. В Зауралье же они не получили распространения. В пермском варианте традиционны также полые птицевидные пронизки в виде кричащих птиц, литые коньковые подвески и накладки, не встречающиеся в Зауралье.
Однако заметим, что типичные для обоих вариантов сюжеты выполнялись по-разному. В Приуралье (Прикамье) объемная голова медведя помещалась на шумящих подвесках, а в Зауралье-плоские изображения медведей на широких пластинчатых браслетах. Птицы с человеческой личиной на груди в Приуралье имеют плавно опущенные или развернутые крылья, в Зауралье-более узкие, изломанные под прямым углом. Глаза птиц в Приуралье обозначены овалами, в Зауралье-кружками. На голове зауральских птиц обозначены «уши», характерные для филина. Здесь редко встречаются изображения челове-колосей, отсутствует традиция составлять оперение птиц из голов различных животных, что характерно для Приуралья. Зауральская металлическая скульптура в целом грубее по технике литья и проще по композиции.
В Северном Приуралье-на Печоре и Вычегде-расселялись предки как пермских, так и угорских народов. Здесь найдены предметы как пермского, так и зауральского вариантов, причем прикамские черты заметнее прослеживаются на Вычегде и Выми-в местах расселения коми-зырян, а зауральские-в бассейне Печоры, на территории древней югры, хотя и в этом регионе попадаются изображения, близкие верхнекамским.
Настоящее введение к альбому не претендует на глубину исследования сложных проблем пермского звериного стиля. В нем кратко обобщены результаты его изучения и высказаны некоторые соображения и наблюдения автора, частично уже опубликованные.
Лучшие произведения пермского звериного стиля с полным основанием можно отнести к числу выдающихся памятников древнего народного искусства, созданных замечательными мастерами. Они по праву входят в сокровищницу культурного наследия народов нашей страны. Некоторые из них используются в современном искусстве (в книжной графике, чеканке, росписи, орнаментальном украшении зданий и бытовых вещей) и могут и должны быть использованы еще шире.